Олдос ХАКСЛИ «ДВЕРИ ВОСПРИЯТИЯ» - СПб.: Азбука-классика, 2002. – 224 стр. Тираж 7000 экз.

Олдос Хаксли соглашается со знаменитым кембриджским философом Броудом в том, что «мы должны рассмотреть намного более серьёзно, чем это делалось прежде, теорию, которую выдвинул Бергсон в связи с изучением воспоминаний и чувственного восприятия. Предположение состоит в том, что функция мозга, нервной системы и органов чувств главным образом ОЧИСТИТЕЛЬНАЯ, а не производительная. Каждый человек в каждое мгновение способен вспомнить всё когда-либо произошедшее с ним и воспринять всё происходящее повсюду во вселенной. Функция мозга и нервной системы состоит в защите нас от переполнения и потрясения этой массой, в основном, бесполезного и ненужного знания: не допускать большую часть того, что мы иначе воспринимали бы в любой момент, а оставлять только ту, очень небольшую, специальную выборку, которая, вероятно, будет практически полезной».

Согласно подобной теории, каждый из нас в потенции является Всемирным Разумом. Но поскольку мы суть животные, наше дело – любой ценой выжить. Ради этой цели Мировой Разум приходится пропускать через редукционный клапан мозга и нервной системы. На выходе – жалкая струйка слабого сознания, которое пригодно (в основном) только для помощи в выживании на поверхности этой конкретной планеты.

И, после того, как он ознакомился с вышедшим в 1886 году первым систематическим исследованием кактуса-пейотля, сделанным немецким фармакологом Людвигом Левиным, Олдос Хаксли начинает свою десятилетнюю экспериментаторскую работу с мескалином, псилобицином, ЛСД и прочими «магическими» веществами.

Ученые обратили внимание на близкое сходство химических формул мескалина, ЛСД и адреналина. За десять лет Хаксли совершил десять «путешествий» по ту сторону «дверей». Рядом с ним находились помощники (прежде всего – жена и знакомый врач), вели запись тех впечатлений, которые надиктовывал им Олдос Хаксли.

Основные выводы, которые сделал экспериментатор:

1.    Способность вспоминать снижается не намного (если вообще снижается).

2.    Зрительные впечатления значительно усиливаются и глаз обретает детскую невинность восприятия. Интерес к пространству уменьшается, а интерес ко времени падает практически до нуля.

3.    Хотя интеллект остаётся неповреждённым, а восприятие колоссально улучшается, воля переживает глубокую перемену к худшему. Принявший мескалин не видит причин чем-либо заниматься и находит большинство дел, ради которых он обычно готов действовать и страдать, глубоко неинтересными. Они не могут его побеспокоить по той простой причине, что он думает о вещах получше.

4.    Эти «вещи получше» могут переживаться «вовне», «внутри» или в обоих мирах, внутреннем и внешнем, одновременно или последовательно.

Когда Всемирный Разум просачивается мимо уже не совсем герметичного клапана, начинают происходить биологически бесполезные вещи. В некоторых случаях это может быть экстрасенсорное восприятие. Другие люди обнаруживают мир фантастической красоты. Для третьих открывается великолепие, бесконечная ценность и глубокий смысл данного мгновения.

На последней стадии безэговости появляется «смутное знание», что Всё во всём – на самом деле Всё есть каждое. И, конечно же, намного повышенное (под действием мескалина) восприятие цвета!

Мескалин доводит все цвета до высочайшей силы и делает воспринимающего способным с различать несметное множество тончайших оттенков, которых обычно он не в силах отличить. По-видимому, для Всемирного Разума так называемые вторичные характеристики вещей являются первичными.

Олдос Хаксли считал алкоголь слишком опасным для человека (из-за многих причин: токсичности, аварий на дорогах, затратности производства и проч.).

Единственно разумной политикой он считал возможность открытия других Дверей в Стене, замене старых дурных привычек на новые и МЕНЕЕ ВРЕДНЫЕ. Одни из этих, более пригодных дверей будут по своей природе социальными и технологическими, другие – религиозными или психологическими, третьи – диетическими, образовательными или спортивными. Но потребность в повторяющихся химических отпусках от невыносимой самости и отталкивающего окружения, без сомнения сохранится. Необходим новый наркотик, который будет успокаивать и утешать наш страдающий род и приносить в конечном итоге НЕ БОЛЬШЕ ВРЕДА, чем он принесёт добра вначале. Подобный наркотик должен быть сильнодействующим в минимальных дозах и легко синтезируемым. Если он не обладает такими свойствами, его изготовление, как изготовление вина, пива, крепких напитков и табачных изделий, будет мешать обязательному росту производства пищевых продуктов и древесного волокна. Он должен быть менее токсичен, чем опиум или кокаин, менее связан с нежелательными социальными последствиями, чем алкоголь или барбитураты, менее неблагоприятен для сердца и лёгких, чем смолы и дым сигарет. А с положительной стороны, он должен производить изменения в сознании более интересные, по своей природе более ценные, чем простой покой или сон, иллюзия всемогущества или освобождение от запретов.

Исследователи мескалина утверждают, что завзятые потребители пейотля более трудолюбивы, более воздержаны (многие вообще отказались от алкоголя), более миролюбивы, чем те люди, которые не употребляют мескалин.

Тут надо твёрдо знать, что негативные эмоции – страх, означающий отсутствие доверия, ненависть. Гнев или злоба, исключающие любовь, гарантируют, что визионерское переживание, если оно и появится, будет отталкивающим. Фарисей – это добродетельный человек, но его добродетель совместима с негативными эмоциями. Поэтому его визионерское переживание вероятее будет инфернальным, нежели блаженным.

Отсюда проистекает неимоверная важность, приписываемая во всех великих религиозных традициях состоянию разума в момент смерти.

Хаксли, в своих визионерских переживаниях, был убеждён, что ЛСД, мескалин и подобные им вещества, поднимают занавес между мирами и дают экспериментатору возможность заглянуть в параллельные миры.

P.-S. В 1960-м году состоялась историческая встреча Олдоса Хаксли с Тимоти Лири, о чем рассказал сам Тимоти лири в своей статье «Грибы на ланч».

Захар ПРИЛЕПИН «ЧЁРНАЯ ОБЕЗЬЯНА» - М.: АСТ: Астрель, 2011. – 285 стр. Тираж 5100 экз.

Захар Прилепин привлёк моё внимание с первой страницы того текста, который впервые попал в мои руки. А был это «ОТБОРНЫЙ КОЗИЙ ИЗЮМ» - (http://www.zavtra.ru/denlit/080/62.html ), где Прилепин дал резкую оценку творчества Татьяны Толстой.

Затем были его многочисленные рассказы, книга «Именины сердца» (с подзаголовком разговоры о русской литературе). И я уже понимал, что буду с интересом открывать каждую новую книгу этого автора.

Чтобы дать некоторое понятие об авторском почерке, я приведу обширную цитату:

«У дороги вдруг нарисовался магазин сельпо. Странно, пока шли сюда, его за кустами не приметили. В магазине ровно летали руки красиво, но ненадёжно стояли друг на друге консервные банки. На нижних полках пузато расположились стеклянные трёхлитровки с соленьями – и было заметно, что соленья давно живут внутри обособленной, разнообразной и, возможно, даже разумной жизнью, я бы не рискнул иметь с ними дело.

В углу лежала халва, порубленная вместе с бумагой и опилками. Присмотревшись к бумаге, можно было рассмотреть фамилии политиков, которые покинули эфир, когда я ещё не служил в армии и носил чёрные носки

- Пивка? – произнёс я слабым голосом.

- По жопе пинка, - ответила мне продавщица, не шевельнув и бровью.

Мухи на неё не садились.

Возле магазина, на жаре, спаривались, не получая ни малейшего удовольствия, две собаки. Сука замучено косилась в крапиву. На крапивном листе подыхал от жары жук. Кобелю было хуже, чем жуку».

Пересказывать книгу  - дело неблагодарное. Можно сказать только то, что сюжет – крутой экшен о секретной правительственной лаборатории, где выращивают для спецзаданий особо жестоких детей.

А проза Захара Прилепина интересна не только туго закрученным сюжетом, но, прежде всего, авторскими мыслями. В уста одного из своих литературных героев он вкладывает рассуждение о том, что мудрость старости - чушь с биологической точки зрения: клетки их мозга уже разрушены, миллионы клеток просто умерли – даже не от алкоголя и наркотиков, а в силу естественных причин. От дряхлости! Надо как-то ломать эти нелепые догмы: всевластие седых, обрюзгших, разрушенных, губящих, кстати говоря, целые империи – зачем оно нам? Какой в нём смысл?

Другой литературный герой, профессор, устраивает импровизированный экзамен журналисту, окончившему некогда исторический факультет. Убедившись в том, что историк из него никакой, спрашивает:  «У вас на курсе были действительно умные ребята, обладающие безупречным знанием? Или, быть может, у вас были преподаватели, в речах которых даже вы – лентяй и недоучка – не находили кромешных ошибок?»

Ответ был таким: «Сокурсники мои были добродушные идиоты, преподаватели сплошь и рядом несли катастрофическую ахинею».

«Вы только подумайте – говорит профессор – не страшно ли вам идти лечиться, если лечат нас такие же врачи, каким вы стали историком?»

А представляете вы, кто у нас, например,  идёт в политику – они вообще непонятно чему учатся! Думаете, они умеют делать то, что они делают? Имеют об этом хоть какое-то представление?

Читать Захара Прилепина – это значит размышлять совместно с автором над самыми актуальными вопросами сегодняшнего дня.

Рекомендую его книги тем, кто ещё незнаком с этим талантливым писателем .

Михаил ВЕЛЛЕР «ЧЕЛОВЕК В СИСТЕМЕ» - М.: «Астрель», 2010. 574 с. Тираж 50 000 экз.

 «Философия – это сочетание известных фактов в неизвестную истину» -неплохо «отлил в граните» Михаил Иосифович. И вся его новая книга – это отнюдь не повторение ранее высказанных истин.

Михаил Веллер не претендует на официальное звание философа, но вряд ли кто-нибудь будет отрицать его право на звание мыслителя. Если даже истоки энергоэволюционизма и взяты в работе Эвальда Васильевича Ильенкова «Космология Духа», то основная идея творчески переработана и получила весьма основательное творческое развитие.

В изучении, реставрации, трактовке Истории – сталкиваются два базовых инстинкта.

Один – это инстинкт познания: стремление к истине и к максимуму информации. Максимум объективности и максимум знаний необходимы для анализа и адекватной реакции.

Второй – инстинкт максимального действия.

Стремление к истине расходится со стремлением к значимости. А история народа – это биография группы и характеристика народа.

Интерес к истории – психологически обусловленная потребность в групповой самоидентификации.

Нет и не может быть одной лучшей формы политического устройства. Но каждому народу, в каждой ситуации, на каждой стадии развития цивилизации, - наиболее подходит конкретный строй. От которого минимум вреда и максимум пользы.

Демократия не подходит для войны, для дикарей, для унтерменьшей.

Дикарь может с младенчества адаптироваться на среднем и даже вышесреднем уровне в цивилизованное общество. Но. Могут ли представители его народа создать из себя цивилизованное общество – вот в чём вопрос.

На сегодняшний день – ответ отрицательный. Пытаются. Им помогают. Но – получается ужасно…

Способность адаптироваться к цивилизации – ещё не есть способность создать цивилизацию. Передача информации сама по себе не может изменить биосоциальную матрицу народа, этноса, расы.

Игнорирование или принципиальное отрицание этого факта породило многочисленные политические, экономические и этнические трагедии конца ХХ – начала ХХI века. Коррупция, тирания, геноцид, религиозные войны, алкоголизм, голод и анархия – вот что явилось следствием «цивилизационного равенства» в Африке, Латинской Америке, Среднем Востоке и Океании (в разных пропорциях и ассортименте, разумеется).

Наивно надеяться, что цивилизация может самовоспроизводиться при этнической замене носителя. Исторические иллюстрации здесь ярки и однозначны. Цивилизация, пройдя фазы развития, сходит со сцены вслед за народом, её создавшим.

Могут сказать, что история много раз видела, как некультурные варвары сметали изысканные цивилизации!

Эти цивилизации являли ранее непревосходимую мощь! Если труп льва едят черви – это ещё не значит, что черви сильнее и победили. Закат и гибель цивилизации в разнокультурном, разноуровневом мире, - это не заря человечества, где конкурировали дикари сходного уровня развития.

Культура есть разность между биологической и социальной формами существования материи.

Поведение в социуме матрицируется сверху вниз.

Никогда не снизу вверх. Правители всех мастей могут впаривать народу что угодно – но только личным примером правитель может научить-заставить-побудить народ поступать так, как надо.

Образ жизни и действия правителя – народу является как образец для подражания и цель стремлений.

Почему пожелание сменить власть и людей у власти стало называться «экстремизм»?

Чак ПАЛАНИК «НЕВИДИМКИ» - М.: АСТ: АСТ МОСКВА: ХРАНИТЕЛЬ, 2008. – 300 стр. Тираж 5000 экз.

Этот роман Чак Паланик (Chuk Palahniuk) написал задолго до «Бойцовского клуба». Но книга хороша! Автор отвергает нормы буржуазного общества и создаёт собственную шкалу жизненных ценностей.

Хочется показать хоть некоторые «изюминки» из этого романа…

Вот цитаты:

Я следую совету Мэрилин Монро: если принять любое лекарство в достаточном количестве, то оно вылечит всё что угодно

Родители героини оплакивают умершего от СПИДа сына. Они приняли участие в акции «Лоскутное одеяло для умерших от СПИДа». Оказалось, что это довольно сложно, ибо каждая деталь у гомосексуалистов наполнена скрытым смыслом. «Шейн был голубым, и поэтому черный цвет на фоне голубого означал бы, что он любил заниматься садомазохизмом. Я хотела пришить к парче розовые треугольники, но это нацисиский символ гомосексуалистов. Папа предложил вместо розовых украсить парчу черными треугольниками, но это означало бы, что Шейн был лесбиянкой. Черный треугольник выглядит как волосы на лобке у женщины. Потом я хотела украсить края стенда зеленым, но, как выяснилось, так оформляют память о тех, кто занимался мужской проституцией. Мы чуть не сделали кайму красной, а это знак фистинга. Коричневый – цвет не то скат-секса, не то римминга, мы так и не поняли. Желтый означает секс с уринацией. Светло-голубой – обычный оральный секс. Белый цвет – знак анального секса. А еще белый мог бы означать, что Шейну нравилось смотреть на мужчин в нижнем белье. В конце концов мы махнули на эту затею рукой. А ты знаешь, что такое римминг?

Героиня знает. Она знает и то, что такое фистинг. А уж на вопрос о фельчинге она даёт развёрнутый ответ: «Фельчинг – это когда мужчина трахает тебя в задницу без резинки, кончает и высасывает из твоего заднего прохода собственную теплую сперму. Вместе со всем, что к ней примешивается – смазкой и испражнениями. Вот что такое фельчинг. Он может быть дополнен страстным поцелуем в рот, во время которого твой партнер отдаёт тебе всё, что только что высосал».

Мама с папой дарят своей дочке на Рождество массу разнообразных коробочек с самыми разными презервативами. И читают ей лекцию о самых разных венерических заболеваниях. Тут и ВИЧ, и СПИД, и вирус папилломы человека. Не говоря уж о гонорее, сифилисе, генитальных бородавках и кондиломах. Рождественскую индейку поедают под разговор о простом герпесе второго типа, гепатите Б, хламидиях, лимфогранулемах, слизисто-гнойном цервиците и негонорейном уретрите. Продолжает тему бактериальный вагиноз, венерическая гранулема, контагиозный моллюски острицы. Десять процентов жителей США больны энтеробиозом.

В форме издевательски-ироничного триллера скрыты глубокие размышления талантливого писателя о полной потере человеческого облика большинством представителей общества потребления. Об утрате нравственных ориентиров, беспомощности «маленького человека» в противостоянии с миром гламурных нечистот. И выход герои Чака Паланика находят в безумии бунта против законов этого общества.

И платят они за ошибки собственной кровью.

Антон ПЕРВУШИН «ТАЙНЫ ИНОПЛАНЕТНЫХ ЦИВИЛИЗАЦИЙ» Они уже здесь. – СПб.: Вектор, 2008. – 183 с. Тираж 2500 экз.

Вопреки названию из этой книги можно узнать много любопытного именно о земной цивилизации. Еще в предисловии автор пишет о сосуществовании 40 000 лет назад светлокожих высоколобых неандертальцев и чернокожих страшненьких кроманьонцев.

Неандертальцы исчезли, но ученые считают, что именно от них мы переняли обычай дарить друг другу цветы и с печальной торжественностью хоронить своих мертвецов, именно от них пришли в нашу культуру боги и демоны, истинные имена которых уже позабыты. И все легенды о леших и прочих полулюдях-полузверях – след в памяти о тех давних временах.

Луну считали обитаемой еще античные авторы. Об этом писали такие древнегреческие философы, как Фалес, Анаксагор и Ксенофонт. Писал об этом и Диоген Лаэртский, и римский философ-моралист Плутарх.

В книге подробно рассказано об истории открытия (и «закрытия») марсианских каналов, которые представляются следствием какого-то странного сбоя в совместной работе рук, глаз и мозга, проявляющегося у людей в сложных условиях наблюдения. Объяснить всё простой оптической иллюзией – слишком сомнительно…